Некоторые дети горько плачут или испытывают страх, заметив, что родители вечером собираются уйти из дома. Другие дети очень переживают из-за всякой несправедливости и наказания или, хуже того, сами становятся объектом родительских споров, скажем при разводе. Третьи чувствуют себя в детском саду или в школе как бы посторонними, которых не принимают в уже сложившиеся товарищества и группы.

Может дойти до того, что эти группы подвергают их самой настоящей травле. Сюда же относятся насмешки по поводу одежды, внешности или неуклюжести. Дети постарше испытывают порой угрызения совести, стыд, глубокую печаль, чувство безнадежности, отчаяния. Все эти явления можно рассматривать как душевную боль. Она знакома детям всех возрастов, и с нее начинается та часть биографии, которая как тень сопровождает все радостные и приятные переживания.

Эта боль всегда указывает на некую разобщенность. Что-то мешает душе гармонично вписаться в окружающий мир, радостно раскрыться навстречу близким людям. Боль затрагивает ребенка гораздо глубже, чем взрослых, которые иногда думают, что у детей нет настоящих сложностей. Но взрослые способны взглянуть на свои проблемы как бы со стороны, обдумать их и преодолеть. Иное дело — дети! В зависимости от возраста они в большей или меньшей степени беззащитны перед происходящим, и их страдания имеют совсем другую интенсивность, поскольку они не могут ни увидеть их в реальном свете, ни понять, ни разрешить.

Помогает здесь, пожалуй, только возможность забыть их или отвлечься. Когда дети становятся старше, на первый план выступают беседы со взрослыми. И тогда очень многое зависит от того, как сами эти взрослые относятся к событиям. При этом одностороннее сочувствие или брань по поводу происшествия, вызвавшего боль, не приносят пользы, гораздо важнее, чтобы взрослый — словесно или без слов — дал ребенку понять, что чувствует его горе и относится к нему вполне серьезно.

До десяти лет ребенок еще не в состоянии сознательно разобраться со своими душевными проблемами. Если же он чувствует, что взрослый входит в его проблему, принимает ее и не вытесняет, у него возникает смутное ощущение, что его боль все же имеет смысл и одновременно представляет собой некоторую задачу. Он чувствует, что неприятности происходить могут, что они входят в общее дыхание жизни и, более того, негативные переживания, если их можно освоить, впоследствии играют позитивную роль. Когда мучимый страхом ребенок видит взрослого, который полон глубокой веры в свою судьбу, в детской душе сознательно или бессознательно рождается стремление стать таким же. Позднее ему легче будет научиться преодолевать свое боязливое отношение к миру.

Здесь проявляется та же закономерность, что и в случае с телесной болью: взрослый принимает в собственное сознание, перерабатывает и преодолевает ту часть лежащего на ребенке бремени, с которой ребенок справиться не может. В конце концов, универсальное лекарство от всякой душевной боли — теплый искренний интерес к страдающему, то есть любовь.

Метки:, , , , ,

Связанные записи